Булка с повидлом

JekPot,

В первый раз я взглянул на эту булку, потому что узрел в ее переде повидло, вкусное, манящее и уходящее далеко в глубь, до самого торца. Очевидно, это была ошибка то ли пекаря, то ли хлебореза. В любом случае это повидло выглядело довольно таки странным на круглой, простяцкой и неприметной булочке. Такое огромное количество повидла просто не вязалось с этим крохотным кусочком свежевыпеченного теста. Это было вкусное, яблочное повидло. Она лежала на столе у с виду обычного, ничем не примечательного человека. Он показался мне не очень добродушным. Я встречал его и до этого, в баре отеля, где он продавал кислородный коктейль и постоянно щурился. Если это действительно он, то, по всей видимости, это явно не богатый человек, ведь за все время я так и не увидел, чтобы хоть кто-нибудь у него этот коктейль купил. Разве что ему один раз по носу дали, потому что щурился слишком много. Но щуриться он после этого не перестал. Вот и сейчас, я заметил как он встал, взял в руку свою булку и стал ходить между столиками, предлагая ее каждому. На удивление, булку никто не взял. А он лишь продолжал ходить, улыбаясь. Все это выглядело довольно-таки странным.

Через несколько часов он добрался и до меня. Я, как и остальные, решил отказаться от булки. Но мой друг, на удивление, заговорил с ним.

— Привет. Как жизнь?

— Так себе. Булку вот никто не покупает, а казалось бы — столько повидла.

— Может, выпьешь?

— Не откажусь от стаканчика виски.

Зажевав виски булкой, он предложил зажевать и моему другу.

— Спасибо, конечно. Но у меня срочный телефонный звонок.

После он отошел и стал предлагать булку другим.

— Кто же это? — спросил я. — Откуда столько повидла в булке?

— Да, его там не мало. Этот человек — бывший держатель казино в пригороде. Конечно, много воровал, но в целом неплохой парень. Я иногда помогаю ему едой. Ведь раньше он чуть не подмял по себя весь Сан-Франциско, если бы однажды у него не кончилось повидло. Он должен был поставить 100 тонн наркотиков в банках из под повидла. Но все оно кончилось, пришлось брать коробки из под трюфелей, но его поймали и чуть было не расстреляли. Ему удалось бежать. В первый же свой день в тюрьме он попросился помочь в столовой, где он играл в покер с остальными заключенными, используя вместо фишек столовые приборы. Как он мне сказал, ему в тот день удивительно не везло. Утром за ним пришли, чтобы отвести на расстрел. К утру он уже проиграл столько ложек и вилок, сколько нормальный человек не видал и за свою жизнь.

Его и еще несколько человек вывели во двор и поставили к стене. Они ждали, но ничего не происходило, тогда он спросил, какого хрена он должен ждать собственной смерти. Надзорщик ответил, что ждут приезда премьер-министра, так как он пожелал лично присутствовать при расстреле.

— Ну, тогда я желаю откушать немного повидла, — сказал наш друг.

— Премьер-министр наверняка опоздает.

Как только ему принесли банку, во двор вошел министр. Он спросил, у кого-нибудь из вас есть последнее желание? Все, кроме нашего знакомого, ответили отказом. А он сказал:

— Я бы хотел попрощаться с моей собакой.

— Не возражаю. А где она?

— Я слышу ее лай около ворот.

— Даю тебе 5 минут.

— Я уложусь и быстрее, премьер.

— Отведите его.

Его отвели к воротам. Офицер тем временем дал команду, и оставшиеся у стены заключенные упали. Нестройно, по порядку, как куклы из театра. Один из них был еще жив, но офицер подошел и выпустил в него две обоймы из пистолета. Наш знакомый доел повидло и отшвырнул банку.

В это время через ворота забежала собака. Она остановилась, словно что-то выглядывала. Затем снова рванула вперед.

— Что за… — проговорил премьер.

Собака был черная и очень худая. С маленькой головой, но огромными глазами, в которых застыл ужас. Она бежала и бежала, открыв пасть, из которой спадал язык, она была такая необычная в этот момент, что все пришли в изумление.

Она прыгнула в объятия заключенного с хриплым ревом. Он почесал ее за ухом. Выхватил оттуда нож (и как он там его спрятал) и выколол ей глаз. Оттуда полилась кровь, обагрив его худое тело. Он не отпускал собаку из рук.

Половина даже не поняла, что случилось. Другие же подбежали к нему, в ужасе, а офицер подхватил безглазую собаку. Она умирала на глазах, остановить кровь не представлялось возможным. Вскоре офицер, стоявший перед ней на коленях, поднялся.

— Она мертва, — со слезами на глазах сказал он.

Наш заключенный показал ему неприличный жест.

— Зачем ты так поступил? — спросил премьер.

— Она была моим лучшим другом.

В этот момент все смотрели на него. В том числе и премьер-министр.

— Это лучшее, что я видел в жизни, — ответил он. — Тебя не расстреляют. Я проникся к тебе уважением и теперь ты свободен. Можешь взять мою машину.

Его отвели к машине, и он умчался куда глаза глядят.

Друг, а вместе с ним и я, долго молчали.

— Но откуда же в булке столько повидла? — спросил я. — И зачем он всем ее предлагает?

— Так после он нашел пропавшие 100 тонн повидла у себя на складе. Банки лежали слишком долго и при малейшем прикосновении взрывались. И тот, кто откусит булку, тоже взорвется.

— Чертово виски, — ответил я, вытирая со лба остатки вновь подошедшего к нам незнакомца.